Алексей Владимирович Баранов предлагает Вам запомнить сайт «✔ ЮНЕСКО в СНГ (UNESCO - UN)»
Вы хотите запомнить сайт «✔ ЮНЕСКО в СНГ (UNESCO - UN)»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Интегральный Психологический Транскультурный Проект

Энциклопедия

Сохранение тела (или мозга) в сверхнизких температурах


Алексей Владимирович Баранов 15 апр 16, 22:57
0 0

Барьер Коммуникации

Пример разночтений в Меж-Культурном Диалоге:



Изначальный Текст поста (на Русском):

Я усвоил урок из нашего с вами взаимодействия: ИНТЕГРАЛЬНЫЕ (по Кену Уилберу) культурные рамки лингвистической Компетентности (Семиотика) и когнитивные процессы, а также - Знания, Умения, Навыки и Опыт (Образовательные Акцентуации) - у нас разные ...
Надеюсь, я , в том числе и этого.
Возможны ошибки в Интерпретации Смыслов и Контексты во время Межкультурного Диалога ...
Есть такая поговорка: «Всё, что ни случается - к лучшему». Будем учиться налаживать Контакт.
Если вы не возражаете, то я буду публиковать Материалы на Форуме на Русском Языке: для того, чтобы избежать Разночтений ...
Возможно - причина недопонимания в диалогах - в некачественном машинном переводе с русского на английский и наоборот ...
"Вселенная - Сфера Дружественная!" (Одна из Базовых Пресуппозиций в НЛП).



Текст перевода с Английского с учётом лингвистических правок:


Я узнал мой урок нашего сотрудничества: Интергальная (по Кену Уилберу) культурная и лингвистическая компетентность (семиотика), познавательные процессы и знания, навыки и опыт (образовательный акцент) - у нас есть другие ...

Надеюсь, я, в свою очередь, буду полезен читателям блогов, включая это.

Возможные ошибки - в интерпретации ценностей и контекстов в ходе межкультурного диалога ...

Есть поговорка: «все, что происходит, происходит по лучшему». Мы учимся общаться.

Если вы не возражаете, я опубликую на форуме на русском языке: во избежание неоднозначности ...

Возможная причина недопонимания - в диалогах с плохим механическим переводом с русского на английский и наоборот ...

«Вселенная дружелюбна!» (Один из главных столпов НЛП).


Алексей Владимирович Баранов 18 ноя 17, 16:57
0 0

Так ведут себя все интроверты… Личность, которую ни с кем не перепутаешь

Кому-то необходима шумная компания, чтобы почувствовать себя полным жизненных сил, а кто-то выбирает одиночество в качестве живительного источника. Если тебе близки вещи, о которых пойдет речь ниже, в твоей личности доминируют черты интроверта. 

Ты не любишь толпу
Ты некомфортно себя чувствуешь в толпе людей, и это понятно. Там, где толпа, все сливаются воедино, теряется индивидуальность. Стадный инстинкт вызывает у тебя отвращение, орущая воодушевленная толпа кажется тебе чудовищной, а всё потому, что ты привык думать своей головой, а не поддаваться влиянию.

Ты осторожен с новыми знакомыми
Ты сближаешься с людьми очень аккуратно, больше тебя радуют старые друзья. Это совсем не значит, что тебе сложно общаться с незнакомцами: просто ты осознаешь сложность каждого человека и можешь предвидеть, чего от него стоит ждать. Интроверты отлично разбираются в людях.

Ты красноречив
На публике интроверты часто могут складно высказываться и быть удивительно красноречивыми: тост, речь, доклад — козыри образованного интроверта. А вот конкурсы, вечеринки и дружеская тусовка интроверту непонятны, он инстинктивно выбирает развлечения иного рода.

Ты любишь экстравертов
В твоем окружении есть много активных, разговорчивых, чрезвычайно энергичных экстравертов. Противоположности тянутся друг к другу, и такой союз невероятно плодотворен.

Ты волнуешься перед важными встречами
Неизвестные люди и места вызывают у тебя волнение: нужно себя проявлять! Смогу ли я? Это такая ответственность… Но как только ты осваиваешься, поразить собеседника до глубины души тебе ничего не стоит. Интроверты умеют себя подать.

Ты верный друг
Ты честен, потому что тебе не важно, что думают о тебе другие. Самая большая ценность — быть честным с собой. Муки совести, которые преследуют интроверта, ужасны, поэтому он избегает ситуаций, которые могут их вызвать.

Ты Будда
Иногда тебе хочется лениться до такой степени, что нет желания не только ничего делать, но и думать становится лишней затеей. Лень, пустота, полное расслабление — ресурсы, которые подпитывают систему интроверта и дают ему возможность продолжать жить счастливой жизнью. Интроверту повезло — он самодостаточен в полной мере, ему не нужен никто и ничто для счастья, он совершенен. Это неугомонный экстраверт вечно ищет, чем заполнить свою пустоту.

Ты не торопишься
Интроверты никуда не спешат, но всё успевают. Ты не будешь откладывать свое занятие, чтобы ответить на внезапное сообщение: правильной расстановке приоритетов у интроверта можно поучиться.

Ты недоверчив
Твое недоверие означает то, что ты воспринимаешь жизнь комплексно, учитывая все факторы. Ты разочарован во всем заранее, но это дает тебе силу выстоять в любой ситуации, а еще — умение предотвращать ужасные события.

Ты творческий человек
Творчество — это свобода, об этом знают все интроверты. Их внутренний потенциал выражается в искусстве, чем бы они ни занимались. Любое дело интроверт превратит в акт творчества, будь то приготовление ужина или подбор своей одежды. Интроверты обожают рисовать, фотографировать, петь и танцевать, и они это делают не ради внимания публики, а для души.

Ты вежливый
Интроверты судят людей по себе, поэтому им свойственна чуткость и эмпатия. Они очень внимательны к деталям, и это так подкупает…

Ты планируешь
Продумывать предстоящие дела и планировать — важные занятия для любого интроверта. Ты умеешь придумать план, который со всех сторон будет выигрышным. Будущее тебя совершенно не страшит — у тебя на него свои планы.

Ты мудрый
По крайней мере, окружающие так о тебе думают. Время, проведенное в одиночестве, пошло тебе на пользу — ты стал зрелой личностью раньше, чем другие, твой опыт подкреплен внутренним самоанализом.

Ты знаешь, чего хочешь
Это просто сокровище, а не черта характера! Интроверт отличается от людей, у которых семь пятниц на неделе, — он всегда четкий в своих желаниях и убеждениях, а значит — надежный для окружающих.

Ты мечтатель
Ты любишь мечтать, а это открывает перед тобой прекрасные перспективы: никаких ограничений, в жизни всё возможно…


Алексей Владимирович Баранов 1 янв 17, 04:10
0 0

Конфликтогены и синтоны

В нашей речи, в нашем поведении есть элементы общения, которые нас сближают, помогают установить лучший контакт и достичь понимания. Их называют - синтонами. А есть те, которые провоцируют конфликт. Их называют - конфликтогенами.

Для того чтобы более конкретно рассмотреть вопрос о тех факторах общения, которые ущемляют достоинство участников общения и являются основой возникновения конфликтов, нужно обратиться к анализу психологического материала, так как именно в нем абстрактные этические принципы приобретают «живое звучание». Достоинство человека как гуманистическая ценность общения связана с его интересами и потребностями: ущемление потребностей партнера по общению без его согласия ущемляет также и его достоинство.

Естественно, потребности в данном случае не следует ограничивать только физиологическими и психологическими потребностями. Весьма целесообразно в данном случае обратиться к рассмотрению общеизвестной иерархии соподчиненных групп потребностей, представленной А. Маслоу:

1 - физиологические потребности,

2 - потребность в безопасности и защите,

3 - потребность в общении,

4 - потребность в уважении, признании, успехе, авторитете,

5 - потребность в познании,

6 - потребности в красоте, гармонии, симметрии,

7 - потребность в самоактуализации, в счастье.

Ущемление в общении какой - либо потребности из этих групп потребностей как бы автоматически может вести к подавлению у партнера чувства собственного достоинства. Проявляться это может в самых разнообразных формах: в поступках, в деятельности, в речевом общении - в словах, фразах, оценках, высказываниях, суждениях, жестах, мимике и т.д. Все те элементы общения, которые могут ущемлять достоинство партнеров и, по крайней мере, потенциально ведут к созданию конфликтной ситуации в психологии принято называть конфликтогенами.

И, наоборот, все те элементы общения, которые созвучны потребностям человека и ведут к созданию здоровой морально-психологической атмосферы общения, к возвышению человеческого достоинства в психологии носят название синтон (впервые, в 20-е г.г. ХХ в. эту терминологию предложил Э. Блейлер). Синтоны иногда в психологии называют психологическими «поглаживаниями», они создают так называемую синтонию - созвучие эмоциональных состояний партнеров по общению.

Конфликтогенами в общении являются все возможные субъективные (осознанные и неосознанные) препятствия, барьеры, стоящие на пути к установлению гуманистических норм и ценностей общения и, в первую очередь, к уважению суверенитета человеческого достоинства. Как бы обобщая огромный эмпирический материал в сфере конфликтного общения, психолог А.П. Егидес предлагает считать конфликтогенами такие элементы как: неприятие партнера, неуважение, отрицательные оценки, положительные оценки «сверху», «знаки превосходства», авторитарность, категоричность, невыполнение долга и неверность своему обещанию, договору, отсутствие благодарности (при ее ожидании), обвинение, юмор на партнера, авторитарность, дезинформация (или сокрытие информации), категоричность, фамильярность, перебивание в процессе беседы, поучения и назидания (морализаторство), навязывание своих советов, обвинения, недоверие, брань.

К этому списку можно было бы добавить и такие конфликтогены как: высокомерие, незнание имени партнера, неприветливость, обидные и несправедливые сравнения, критиканство, злоупотребление личным местоимением «Я», циничные высказывания, навязчивые «вопросы-ловушки», попытки «лезть в душу», знаки недоверия, навязчивые расспросы о возрасте, семейных отношениях, разговоры о смерти, саркастические выпады, черствость, сплетни, намеки на недостатки, необоснованные обобщения, элементы чванства, вызывающее любопытство, отсутствие пунктуальности, «знаки неуважения», неумение слушать, осуждение самобытности партнера по общению, пресыщение общением, знаки недовольства, раздражительности, назойливые запреты, придирки, упреки, попытки перевоспитывать, обвинять, самоуправство, скрытность, повышение тона, оскорбляющая мимика, знаки пренебрежения, раздражающие партнера темы, употребление вульгарных выражений и непонятного сленга, игнорирование заслуг, несоблюдение элементарных норм этикета, нескромность и, разумеется, клевета, наговор, ложь, оскорбления.

Среди синтонов А. П. Егидес выделяет такие как: приятие партнера, положительные оценки, знаки уважения, активное выражение благодарности, признательности (даже когда ее не ждут), общение по типу «пристройка снизу», дать себя перебить в разговоре, самообвинение, активная антикатегоричность, демократический стиль влияния, просьба совета, активное слушание, активная гласность (правдивость, прямая откровенность), юмор на себя и юмор без адреса или юмор на нейтральные объекты, выполнение взятых обещаний и договоров. Синтонами можно считать знаки проявления искреннего интереса по отношению к партнеру, знание и правильное называние его по имени (и отчеству, если нужно), предупредительность, уступчивость, деликатность, знаки заботы, одобрения, сопереживания, сочувствия, искреннее восхищение, похвала, повышенное внимание, элементы доброжелательности, приветливости, благопожелания, открытая улыбка, высокие оценки, комплименты, искренность, безоговорочное признание своих ошибок, готовность к компромиссу, интеллигентность, вежливость.

Однако, как показывает практика общения, различия между синтонами и конфликтогенами могут носить относительный характер, зависеть от ситуации. Любой элемент процесса общения (действие, фраза, мимика, жест) несет ту, или иную морально-психологическую нагрузку и при определенных условиях может выполнять роль синтона или конфликтогена.

Так, например, улыбка, может быть, без сомнения, названа важнейшим синтоном человеческого общения: улыбка является наиболее распространенным и приятным знаком выражения признания, приятия, уважения, любви.

Улыбка имеет чудодейственное значение и в этом нет сомнения, но не всякая улыбка и не в любое время может выступать синтоном: улыбка по поводу неудачи, трудности партнера по общению может означать прямо противоположное, и даже может трансформироваться в конфликтоген.

Неискренняя улыбка также не может быть определена как синтон, хотя в условиях анонимного общения и актерская «американская улыбка» может выполнять роль синтона.

Это говорит о том, что роль ситуации в восприятии и оценки «стандартных» синтонов и конфликтогенов достаточно велика.

Недооценка морального и психологического значения использования в общении имени человека может иметь серьезные последствия.

Синтонность факта знания и использования в разговоре имени собеседника при неправильном, при нетактичном его исполнении может привести к тому, что звучание «самого приятного слова в человеческой речи» может перестать быть для человека синтоном. Так, к примеру, ошибка при произнесении имени - это не мелочь, а возможный конфликтоген, так как каждый человек очень болезненно относится к неправильному произношению, написанию своего имени (и особенно когда это делается другими не случайно, а умышленно). Подобное пренебрежение именем человека может стать основой ущемления его достоинства и, как правило, не остается без последствий.

Является ли юмор в общении синтоном или конфликтогеном? Ответ на этот вопрос совершенно не однозначен. Действительно, юмор в общении занимает важное место и без него многие не представляют себе общения. Чувство юмора чрезвычайно сложное, тонкое чувство и в общении значение его трудно переоценить. Как и в каких формах, юмор не может ущемлять достоинство участников общения - вопрос весьма и весьма деликатный.

Однако, юмор, направленный на партнера, является, как правило, конфликтогеном. Направлять юмор, шутки на все то, что дорого партнеру по общению, также, на наш взгляд, недопустимо (хотя партнер об этом сам может и не сказать), так как сохранить нормальную атмосферу общения после осмеивания того, что дорого человеку весьма и весьма сложно. Даже лучшие друзья, супруги, прожившие вместе всю жизнь, в глубине души порой не могут простить шуток в свой адрес по поводу ценностей, идеалов, кумиров, также, как и по поводу маленького роста, возраста, скрытых физических недостатков, национальности, фамилии, внешнего вида, лысины, местожительства, цвета волос, образования, прошлых неудач и т.д. и т.п. Очень редкие люди могут посмеяться сами над собой, но искренне позволить смеяться над собой другим, наверное, не согласиться никто (хотя, видимо, и здесь могут быть исключения). Юмор действительно, становится синтоном, когда он направляется не на партнера, а на себя, на свои поступки, проблемы, внешний вид, на нейтральные объекты: на героя фильма, на сборник анекдотов, на участников концерта и т.п. Гегель утверждал, что юмор есть «светящееся противоречие», увидеть которое дано не всем, но посмеяться над которым хочет, наверное, каждый.

Искусство общения заключается, в частности, в том, чтобы уметь направлять свой юмор, свои шутки и шутки партнера в нейтральное русло.

Особенно это оправдано в том случае, если общаешься с незнакомым человеком, «личностный рисунок» которого вам в основном совершенно неизвестен.

Некоторые авторы считают, что критика в общении является конфликтогеном. На самом деле такая позиция носит относительный характер. Не следует забывать о том, что критика не обязательно должна быть опасной и «прокурорской». Критика может и должна носить деликатный, созидающий, конструктивный, творческий характер. Подобная критика ни в коем случае не может быть конфликтогенной и, наоборот, если она приносит человеку ощутимую пользу, если она приносит много нужной информации, которую человек может использовать для удовлетворения своих потребностей и интересов, то она становится синтонной.

Можно приводить много примеров, иллюстрирующих взаимопереход синтонов и конфликтогенов. Этот взаимопереход находится в прямой зависимости от объективных и субъективных факторов, от сложившейся ситуации. Приветливость может превратиться в бесцеремонность, доброжелательность в назойливость.

Так в условиях так называемого информационного голода в «замкнутых группах», все «мелочи общения» начинают приобретать все возрастающее, гипертрофированное значение и могут становиться конфликтогенами. Синтонное общение чрезвычайно важно как с незнакомыми, так и с самыми ближними, так как именно в общении с близкими человек нередко забывает, или просто не придает особого значения вниманию, заботе, тактичности, без которых любой человек чувствует себя дискомфортно. Так же есть способ позволяющий достичь максимально бесконфликтного общения, это способ избегания оценок или способ максимальной безоценочности (или минимальной оценочности) общения.

Так как общаться совсем без оценок даже теоретически и даже при самом большом желании невозможно, то и предлагается способ максимальной безоценочности. Оценки в общении проявляются не только на вербальном, но и на невербальном уровнях: в поступках, мимике, жестах. Так, к примеру, если человек всегда вежливо умеет обращаться, но фактически не замечает присутствия окружающих, всегда первым проходит в дверь, берет без приглашения со стола «лучший кусок», может позволить себе не вернуть взятую книгу вовремя, может позвонить тогда, когда вы уже спите и т.д то здесь имеет место проявление косвенной самооценки и оценки окружающих Оценки проявляются в процессе выбора и выражения синтонов или конфликтогенов и отражают, в конечном счете, меру признания или непризнания ценности партнера по общению. Конечно же, желательно, чтобы оценки эти носили максимально положительный и искренний, а не лицемерный характер.

К сожалению, как показывает практика, давать положительные оценки партнеру по общению в виде комплиментов, в частности, умеют далеко не все и не всегда и, более того, далеко не все и не всегда могут правильно истолковать и принять такие оценки.

Сказанное вовсе не означает, что положительные оценки делать нельзя, наоборот, комплименты делать можно и нужно, но умело, к месту и искренне. Поэтому принцип максимальной безоценочности не означает полный отказ от оценок, он означает отказ от таких отрицательных и даже положительных оценок, которые могут стать конфликтогенными.

Положительная оценка может стать конфликтогеном и тогда, когда она не совпадает с самооценкой человека. Человек есть огромный клубок сложнейших противоречий, и понять его самооценку и тем более изменить ее по существу невозможно. Впрочем, в каждом человеке можно найти не только отрицательные, но и положительные качества, черты характера, свойства.

Отрицательные оценки открыто желательно вообще не высказывать (даже знакомым и даже наедине), особенно опасно для сохранения бесконфликтного общения делать это на людях. Положительные оценки, комплименты высказывать, естественно, можно и нужно, но в меру и деликатно. Но при этом должна быть определенная уверенность в том, что эти комплиментарные оценки не станут конфликтогенами: даже положительная оценка при «пристройке сверху» может стать конфликтогеном.

Положительная оценка «какой ты молодец», высказанная снисходительно, «сверху», становится конфликтогеном. Поэтому, как известно, комплименты также нужно уметь делать, иначе они могут превратиться в свою противоположность. Важно учитывать все антропологические особенности партнера по общению, уровень его культуры, уровень его самооценки, то есть множество самых разнообразных факторов. Многие из тех комплиментов, которые можно было бы сделать в данной ситуации по отношению к незнакомому человеку, могут не стать синтонами.

Так, однажды на художественной выставке одному из художников был сделан комплимент: «Это профессиональная работа!». Однако, художник, которому был предназначен этот комплимент, по всем внешним признакам остался недоволен, так как, как потом удалось узнать, он был профессиональным художником, а не любителем и если бы комплимент прозвучал несколько иначе (например, «Это высоко профессиональная работа!», то он, наверное, остался бы доволен). Поэтому прежде чем судить кого-то или давать оценку, нужно вначале постараться лучше узнать человека, узнать его вкусы и взгляды, потребности и интересы, а только уже потом принимать решение о форме оценки и комплимента.

Важно учитывать также реакцию окружающих на высокую оценку и если она несправедлива, то она может стать конфликтогеном в отношениях с другими партнерами по общению: если сделать комплимент недостойному его, то уже окружающие могут обидеться на такую несправедливость. Как отмечают психологи, совсем не страшно, если положительная оценка «опережает» действительные достоинства человека: он будет за ней тянуться, будет стараться ее оправдать.

Однако такое утверждение справедливо, наверное, не для всех, так как, в зависимости от психотипа личности, реакция может быть и иная: человек может просто зазнаться и незаслуженно «починать на лаврах». Станет ли положительная оценка синтоном в общении зависит также от уровня самооценки, от чувства собственного достоинства того человека, которому она предназначена.

Однако, как показывает опыт, дать адекватную оценку себе и окружающим могут далеко не все. Способ избегания оценочных суждений в процессе общения как потенциальной основы, питательной почвы для возникновения конфликтных ситуаций не означает, что из общения нужно изъять те оценки, которые, без всякого сомнения, являются синтонными. Восхищение, естественно, должно быть искренним, «от всей души» и относится как к отдельным качествам человека, ценность которых не может вызывать сомнение, так и к ценности человека самой по себе, независимо от каких-либо качеств: такое восхищение основывается, как правило, на любви.

Относительно отрицательных оценок в общении говорить особо нет смысла, так как они являются зоной повышенной конфликтогенности. Несомненно, закрыть глаза на явные, порой вопиющие недостатки человека просто нет никакой возможности, однако это не может означать, что наличие у человека каких-либо неприятных для кого-то качеств дает ему право экстраполировать свои частные оценки на выражение самоценности человека, на его достоинство.

Каждый человек имеет свою «чудинку», свои «секретные недостатки». Искусство бесконфликтного общения связано именно с тем, чтобы поставить достоинство человека выше этих преходящих слабостей и недостатков. Сам же человек не должен все-таки только эмоционально относится к высказанным в его адрес отрицательным оценкам, проявлять при этом панику и считать, что причина для конфликта уже есть. В общении человек чаще ищет не беспристрастной оценки, а сочувствие, сострадание, защищенность.

Этика общения учит становиться выше слабостей и недостатков партнера по общению, стараться «не замечать» их или «обходить стороной», акцентируя внимание на действительных его достоинствах. 3. Управление ситуацией. Надо, чтобы не «стихия управляла нами, а мы управляли стихией». Здесь есть, однако, одна опасность. Можно невзначай сбиться на манипулирование. Это ведь тоже управле­ние ситуацией. Но мы стре­мимся к справедливости.

Справедливое управление ситуацией — и в неуправляемом конфликте, и в холодной на­пряженности, и в избегании? А манипулятивное управление ситуацией чаще происходит на бессозна­тельном уровне под влиянием иррациональных психических сил. По большому счету преодоление манипуляторской тенденции к себе — это тоже не стихия владеет мной, а я — стихией. Чтобы можно было управлять ситуацией ниже приведена схема «Как располагать к себе людей». Такая схема помогает понять в роли кого выступает тот или иной человек: конфликтоген он или синтон, либо придерживается нейтральной позиции.

Таблица конфликтогенов и синтонов

А.П. Егидес соединил в одну таблицу варианты конфликтогенного, нейтрального и синтонного поведения. Подробнее - см. книгу «Лабиринты Общения или как ладить с людьми»


Алексей Владимирович Баранов 17 мар, 03:17
0 0

15 бесплатных сайтов для самообразования

15 бесплатных сайтов для самообразования

На дворе XXI век, и у нас есть возможность учиться у лучших представителей мировой науки не выходя из дома. К тому же совершенно бесплатно и на русском языке. Только представьте, какие двери перед нами открываются!

 

Arzamas

Это бесплатный просветительский проект, посвященный гуманитарным наукам. Здесь вы можете найти онлайн-курсы в виде сочетаний видеолекций, справочных заметок и статей, фотогалерей и фрагментов кинохроники, цитат из забытых книг и интервью со специалистами.

 

 

 

Лекториум

Лекториум — академический образовательный проект, имеющий два раздела: самый большой видеоархив академических лекций на русском языке и образовательные курсы нового поколения. Доступ к библиотеке свободный и бесплатный.

 

 

 

Замечательный сайт с большим количеством всего: книг, авторских подборок видеолекций и курсов в виде небольших историй, рассказанных от первого лица и выстроенных в логической последовательности.

 

 

 

Это телевизионный проект канала «Культура», в котором известные ученые обращаются к широкой аудитории с целью привлечь внимание к науке и расширить круг людей, заинтересованных в знаниях. Союзом журналистов России признан лучшим просветительским телепроектом.

 

 

 

Своеобразная социальная сеть художников. Здесь живописцы, эксперты и просто люди, интересующиеся искусством, могут узнавать о новых работах и событиях, искать интересных собеседников, «лайкать» и комментировать, собирать свои подборки картин и выкладывать их в социальные сети.

 

 

 

Уроки английского языка от носителей. Можно найти что-то для себя на любой стадии изучения английского.

 

 

 

Исключительно качественные и полезные курсы по IT и точным наукам от отечественного производителя.

 

 

 

Не забывайте и о грамотном физическом развитии. На этом портале содержатся программы тренировок и рекомендации по питанию для тех, кто желает наращивать физический потенциал в обход посещения тренажерного зала.

 

 

 

Здесь собран архив интересных лекций на самые разные темы.

 

 

 

Бесплатный русский сайт с онлайн-курсами, лекциями и статьями по самообразованию и развитию.

 

 

 

Этот англоязычный проект сотрудничает с университетами, которые публикуют и ведут в системе курсы по различным отраслям знаний. Слушатели не только проходят курсы, но и общаются с сокурсниками, делают тесты и сдают экзамены.

 

 

 

Данный ресурс содержит большое количество курсов, лекций и мастер-классов в разнообразных сферах на русском языке.

 

 

 

Здесь собраны лекции лучших российских и зарубежных ученых.

 

 

 

Colta.ru — независимое, свободное СМИ о культуре и обществе, и это один из первых порталов, созданный посредством краудфандинга.

 

 

 

Это портал, который ответит на любой ваш вопрос. Неважно, вопрос ли это искусства, науки или маразм. Вы найдете много интересного из областей, которые вас интересуют, и узнаете много фактов из других сфер, а главное, сможете задать любой вас интересующий или давно мучающий вопрос.

 

Источник: thequestion


Алексей Владимирович Баранов 18 апр 16, 17:42
0 0

Пожертвования на Работу по Сопровождению Сайта

Пожертвования на Благотворительность

 

На Интегральный Транс-Культурный Проект ЮНЕСКО В СНГ и Проект МИССИЯ ООН В СНГ: Через Просвещение, Заботу и Справедливость - к Соучастию, Нравственности и Процветанию!

http://yasobe.ru/na/unesco


Алексей Владимирович Баранов 7 май 16, 01:34
0 0

Об Абстрактном Мышлении

 

"Абстрактное Мышление" - Объект. Внутри и во вне Субъекта. Единичного Субъекта и Общества (как Коллективного Бессознательного, к примеру...). Есть и Коллективное Сверх-Сознательное - Бог, выступающее и как Объект (Безличное Начало Божества), и как Субъект(-ы) (Сверх-Личность(-ти), обладающая Индивидуальностью(-тями).

 

 

 


Алексей Владимирович Баранов 28 мар 16, 01:51
0 0

Изучение сознания в когнитивной психологии

Психолог Иван Иванчей о феноменальном опыте, нейрональных коррелятах сознания и имплицитном научении

Сознание — это одна из самых сложных и интересных проблем в истории европейской мысли. Психология, которая вышла из философии в XIX веке, сделала сознание центральным предметом своего изучения. Но интересно отметить, что психология и сделалась отдельной наукой, для того чтобы эмпирически изучать сознание в лаборатории. Первая лаборатория, созданная Вильгельмом Вундтом в Лейпциге, была посвящена проблемам сознания. И в XIX веке довольно много психологов изучали сознание экспериментальными путями.

В XX веке доминирующей парадигмой в психологии стал бихевиоризм, то есть попытка объяснять всю психологическую жизнь человека только с помощью поведения. Бихевиоризм использовал в качестве своей методологии позитивизм, причем понимаемый очень вульгарно и примитивно. Позиция заключалась в следующем: изучать можно только те феномены, которые можно объективно наблюдать от третьего лица, то есть только наблюдаемые процессы. И на 50 лет сознание как по определению субъективный феномен ушло из психологии.

В 1960-х годах появилась когнитивная психология, которая отказалась от этого принципа изучения только наблюдаемых непосредственно явлений и стала изучать ненаблюдаемые процессы обработки информации. Но когнитивисты, как и все психологи за свою историю, хотели остаться в семье естественно-научных дисциплин и поэтому сознания все равно сторонились. Сознание не вернулось в психологию вместе с когнитивной революцией. А вот биологи (в частности, нейробиология продемонстрировала удивительные успехи на протяжении XX века), у которых никогда не было комплекса неполноценности по поводу таких вещей, начали интересоваться сознанием. И к 1990-м годам они начали задавать вопросы: «Каковы функции сознания?», «Как оно появляется в мозге?», «Как оно появляется в эволюции?»

В 1994 году в Тусоне, американском городе, произошла большая конференция, где собралось большое количество исследователей сознания из разных дисциплин. Это биологи, физики, психологи, философы. Там было много обсуждений, докладов, которые впоследствии стали легендарными. И можно сказать, что 1994-й стал годом, когда проблема сознания вновь была легитимизирована в науке, в естественной науке. И когнитивная психология тогда же взялась за эту проблему.

Что можно изучать в сознании с точки зрения когнитивной науки? Во-первых, изучать феноменальный опыт. У меня, у вас, у каждого из нас есть цельная картинка окружающего мира, причем эта картинка включает в себя агента, субъекта, который наблюдает за внешним миром, который отделяет себя от окружающего мира. Непосредственное переживание картинки окружающего мира ― это и есть феноменальность сознания. В когнитивной психологии пытаются ее изучать.

Второй аспект сознания, который изучается в психологии, ― это то, что можно назвать условно когнитивными коррелятами сознания. Когнитивная психология изучает процессы переработки информации, они могут быть осознаваемыми и неосознаваемыми. Соответственно, разница между тем, что же происходит, чем функционально различаются осознаваемые и неосознаваемые процессы обработки информации, — это область изучения когнитивных коррелятов сознания.

Третий момент — изучение нейрональных коррелятов сознания. Нейронауки сейчас неотделимы от когнитивной психологии, и поэтому так или иначе почти всегда эти области пересекаются. Но я буду говорить о первых двух вещах ― о феноменальности сознания и о когнитивных коррелятах.

Итак, когнитивные корреляты сознания. Сама постановка проблемы стала возможной или стала актуальной, когда на протяжении второй половины XX века было показано, что огромное количество когнитивных процессов, в том числе и высокоуровневых, может протекать без участия сознания. Это было показано в разных областях психологии, в частности в исследованиях восприятия. Если человеку на 30 миллисекунд (это одна тридцатая секунды) предъявлять какое-нибудь слово, то окажется, что человек совершенно не замечает, что было что-то показано. Максимум, что он видит, — какую-то вспышку на экране. Но это слово обрабатывается мозгом и влияет на последующую обработку информации. Предположим, если на такое короткое время показывать слово «река», то слово «берег», следующее после этого уже на осознаваемом уровне, будет обрабатываться намного быстрее, чем слово «телевизор», потому что «берег» и «река» семантически связаны. Иными словами, происходит семантическая (смысловая) обработка стимулов без участия сознания.

Похожие результаты были получены и в исследованиях памяти. Например, мы можем проводить такой эксперимент с испытуемыми, у которых наблюдается амнезия, то есть они не могут переводить информацию из кратковременной памяти в долговременную. Если им предъявить набор слов, то через 10 минут зачастую такие испытуемые не могут вспомнить вообще сам факт того, что какие-то слова им предъявлялись. И они не могут произвольно воспроизвести этот список и даже отдельные слова из этого списка. Но можно использовать разнообразные тесты, которые показывают, что все-таки эти слова сохранены в памяти человека.

Предположим, мы даем список слов, точнее, слогов, которые можно дополнить до целого слова. Например, мы предъявляли в первом списке человеку слово «банан», а здесь написано «бан», и мы просим его дополнить просто до конечного слова. Все эти слоги подобраны таким образом, чтобы дополнить можно было до разных слов. Например, слог «бан» можно дополнить как до «банана», так и до «банки». И оказывается, что испытуемые с амнезией, которые не могут воспроизвести никакие слова, которые им предъявляли, дополняют в тесте слова до тех, которые были раньше, а не до других, даже если частотность этих слов выровнена. То есть они им приходят в голову. Этот феномен называется имплицитной памятью и достаточно хорошо изучен. Показано, что это надежное явление, которое действительно наблюдается.

Третий пример, который можно привести, ― это имплицитное научение. Это феномен усвоения сложных закономерностей в окружающей среде без участия сознания. Эксперименты показывают, что человек может научиться различать два класса объектов на основе какого-то признака, но быть неспособным назвать, что это за признак.

Когда такое большое количество неосознаваемых феноменов было открыто, встал вопрос: а зачем вообще нужно сознание, если такие сложные процессы могут протекать без его участия? Вопрос стал актуальным и отчасти подвинул когнитивную психологию к тому, чтобы заняться проблемой сознания.

Здесь есть один интересный момент с точки зрения методологии. В этом месте сталкиваются методика исследования, экспериментальные методы и теория сознания. Для того чтобы мы в эксперименте могли сказать, что человек что-то не осознал, нам нужно иметь критерий осознания, который явным или неявным образом подразумевает какие-то теоретические представления о том, что же сознание делает, для чего оно нужно.

Например, если мы предъявляем человеку на очень короткое время какое-то слово, то самая первая идея, которая может прийти в голову, — мы можем спросить человека, что он увидел. Если человек говорит, что ничего не видел, или не может назвать слово, то мы делаем вывод, что он не осознал. А если он называет слово, то мы делаем вывод, что он осознал эту стимуляцию. Здесь заложена идея того, что сознание как-то связано с вербализацией ― способностью сформулировать вербально психические репрезентации, которые у нас есть, и передать их другому человеку.

Довольно быстро было показано, что вербализация непрямыми способами связана с сознанием. Прежде всего, когда человек ничего не может сказать, на самом деле сознание не пусто, человек может осознавать фрагменты стимулов, что-то чувствовать по их поводу. При этом не может обернуть это в вербальные конструкции. В жизни тоже часто такое происходит, когда мы что-то чувствуем, знаем, но не можем сформулировать вербально. И все исследователи, которые изучают детское развитие, да и каждый родитель, предполагают, что дети чувствуют боль сознательно и какие-то сознательные переживания у них есть. Естественно, вербализация никак не может помочь нам разрешить проблему того, осознает ли человек, который находится в коме, что-нибудь или нет, потому что сказать он нам ничего не может, но не факт, что это говорит о том, что он не осознает.

Другой пример когнитивных коррелятов сознания — изучение контроля. Связь контроля и сознания — идея не новая, но в когнитивной психологии были проведены изящные эксперименты, которые демонстрируют сущностную связь этих двух явлений.

Давайте вернемся к примеру эксперимента, где испытуемым с амнезией предъявляли списки слов для запоминания. Если сравнить группу больных амнезией и группу здоровых испытуемых, что будет наблюдаться? Здоровые испытуемые, если им предъявить список из 20 слов, смогут произвольно воспроизвести какую-то часть этих слов через 10 минут или через час. Больные амнезией не смогут этого сделать. Если мы даем им тест на дополнение слов, про который я уже говорил, то оказывается, что и больные амнезией, и здоровые испытуемые дополняют эти слова с примерно одинаковой точностью до тех, которые были в списке, раньше предъявляемом. Но самое интересное происходит, когда мы просим испытуемых дополнять до слов, которых не было в списке раньше. Здоровый испытуемый, если он помнит, что ему предъявлялось слово «банан», а он видит слог «бан», может отфильтровать слово «банан» и написать «банка». Испытуемые с амнезией, с имплицитной памятью не могут этого сделать. Они также дополняют этот список до тех слов, которые им раньше предъявлялись. Таким образом, сознание позволяет нам контролировать поведение. Причем важно не инициировать какое-то произвольное поведение, а именно отфильтровывать поведение, которое нужно затормозить.

Еще один интересный пример исследований когнитивных коррелятов сознания был сделан в рамках изучения того, как сознание встраивает поступающую информацию в окружающий контекст. Энтони Марсел был пионером исследований подпорогового восприятия, то есть восприятия на таком уровне, который не достигает порога осознания. И он проводил такой эксперимент: он предъявлял подпороговые праймы, то есть стимулы, которые предъявляются на 30 миллисекунд и не осознаются человеком, и использовал двойственные слова, имеющие два значения (например, кисть может быть и инструментом художника, и частью тела), и он предъявлял прайм, а затем целевое слово, на которое человек должен был реагировать, как-то его опознавать. Это могло быть слово, связанное либо с одной интерпретацией, например «художник», либо с другой интерпретацией, например «рука».

Но Марсел добавлял еще одну вещь ― он задавал контекст всей ситуации. Например, большими буквами в начале пробы писал «живопись» или «тело», задавая таким образом контекст всей пробы. Оказалось, что если предъявлять прайм «кисть» на подпороговом уровне, когда человек не осознает, то ускоряется обработка обоих значений ― и значения «рука», и значения «художник». В то же время если давать прайм чуть-чуть надпороговый (то есть предъявлять на 50–60 миллисекунд, когда мы уже можем заметить слово «кисть»), то, если было написано «живопись, кисть, художник», восприятие «художника» сильно ускоряется ― это слово, которое соответствует контексту. Человеку легче опознать слово «художник», чем нейтральное слово, а восприятие слова «рука» сильно замедляется, тормозится в такой ситуации.

Казалось бы, осознание какого-то объекта тормозит наше восприятие, снижает его точность. Но на самом деле все намного интереснее: сознание на самом деле выбирает одну из интерпретаций поступающей информации, которая встраивается в наш актуальный жизненный осознаваемый контекст. Это такая продуктивная работа, которая на самом низком уровне может выглядеть как неэффективность, и на самом деле это большой выигрыш, потому что сознание строит согласованную картину окружающего мира.

А теперь поговорим про феноменальность сознания. Как она изучается в экспериментах? Здесь намного меньше исследований, потому что это более трудная для понимания тема. Я приведу один пример — исследования свободы воли. Такая философская проблема, которая в рамках когнитивной науки стала эмпирической.

Все началось с исследований Бенджамина Либета, который в своих экспериментах делал следующее: просил людей в любой момент времени, когда они захотят, двинуть либо правым пальцем, либо левым. И он показал в своих экспериментах, что если мы фиксируем активность мозга, активность коры головного мозга, то можно зафиксировать в двигательной коре возбуждение еще до того, как человек скажет нам, что он захотел подвигать правым или левым пальцем. То есть по активации коры можно сказать, каким пальцем захочет двигать человек. Эти исследования много раз повторялись, оспаривались, но сейчас это достаточно надежный факт. Можно действительно предсказать по активации мозга, какой выбор сделал человек в такой ситуации.

Чувство того, что мы чего-то захотели, возникает после того, как на самом деле поведение уже подготовлено. Процесс этого чувства контроля (по-английски обычно используется термин sense of agency) изучается как раз когнитивной психологией. Обычно для этого используются такие экспериментальные установки: у человека есть какой-нибудь джойстик, который он двигает, и на экране происходят какие-то события, они могут быть либо связаны, либо не связаны с тем, что делает человек, как он двигает рукой. Оказывается, что в одинаковых условиях связи движения руки и происходящего на экране человек может совершенно по-разному ощущать свой контроль над этой ситуацией.

Есть разные способы измерения чувства контроля. Например, можно просто попросить человека по восьмибалльной шкале оценить, насколько он контролировал то, что происходит на экране компьютера. А есть более интересные способы. Например, метод сенсорной аттенюации, основанный на предыдущих экспериментах, в которых было показано, что если человек чувствует, что он контролирует ситуацию, то последствия своих действий он воспринимает менее интенсивно с точки зрения ощущений. Если человек нажал кнопочку и через несколько секунд раздался сигнал, то, если человек осознает, что это он стал причиной действий, громкость ему кажется более низкой. Замеряя то, насколько человек ощущает эти сигналы, можно изучать его внутренние ощущения, чувство контроля, не спрашивая у человека напрямую.

Что же мы знаем о сознании на сегодняшний день? Сознание — это некоторый механизм в мозге, который выстраивает непротиворечивую картину мира, который позволяет нам контролировать наше поведение и в то же время позволяет нам объяснять его, строить интерпретации происходящего в окружающем мире.

Мне кажется, что в ближайшие годы, в ближайшие десятилетия наиболее актуальным вопросом в области исследования сознания будет изучение феноменальности сознания, потому что эта проблема более трудна для описания, чем исследования когнитивных коррелятов. Тут я процитирую Майкла Газзанигу, который говорит, что важнейшим шагом на пути объяснения феноменальности сознания будет создание нового языка описания этого феномена ― описания, понимания, обсуждения. Напомню, что в науке очень важно не только ставить вопросы и искать ответы на них, но ставить вопросы таким образом, чтобы на них можно было найти эмпирический ответ. И мне кажется, что когнитивная психология в этом смысле сыграет важнейшую роль, потому что она переводит абстрактные теоретические конструкции из философии на уровень проверяемых экспериментальных гипотез и дальше позволяет проводить их к нейронаукам, которые могут изучать эти процессы в мозге.


Алексей Владимирович Баранов 28 дек 17, 18:01
0 0

О науке "Геофилология"

Геофилология - наука о профессиональном прагматическом подлоге Исторических Фактов, имеющая обычно геополитические цели.


Алексей Владимирович Баранов 20 авг 16, 12:51
0 0

Мучительный путь нарцисса

Так хочется стать кем-то значительным, важным, запоминающимся! Хочется каждому, уверяю вас. Если уж не прославиться на весь мир и войти в анналы, то хотя бы иметь пусть небольшую, но уникальную черту. Ну, хоть как-то по-особенному готовить борщ, рассказывать анекдоты или даже болеть.

Психологическая особенность, присущая каждому, что поделаешь... Люди делятся на тех, кто признает это в себе, и тех, кто по каким-то загадочным причинам пока не хочет признать. Ощущать себя неповторимым – это так «правильно» с психологической точки зрения. Но у некоторых из нас есть определенная предрасположенность к тому, чтобы считать себя не просто неповторимым, а уникальным в своем величии или своем ничтожестве. Внутри каждого из нас живет свой нарцисс, только как он там живет – вот в чем вопрос.

Нарциссические черты есть у каждого. Просто выражены в разной степени. И в разной же степени мешают или помогают жить. Система воспитания, особенности менталитета, ценности общества – буквально все способствует тому, чтобы нарциссизм как психологическая особенность или даже как патологический характер расцветал и все глубже пускал корни. В бытовом представлении нарциссом принято называть человека самовлюбленного, эгоистичного, зацикленного на себе. Почти все помнят из школьных уроков миф о Нарциссе, безвременно погибшем от безграничной любви к себе, и о женщине, наказавшей его, заставив умереть от самолюбования над чистыми водами ручья.

Симптомы нарциссизма

В психологии мы больше говорим о нарциссических нарушениях или о нарциссическом характере, которые лишь отдаленно напоминают бытовое представление о юноше из древнегреческого мифа. Итак, классические симптомы нарциссизма.

1. Ощущение внутренней пустоты. Сам нарцисс описывает это так: «Это вакуум, пустота, всегда свистящая в тебе, всегда холодящая спину. И что бы ты ни сделал, чего бы ни добился, все проваливается в эту черную дыру. Все время есть иллюзия того, что вот-вот дыра наполнится, конечно, не чередой мелких побед и никому не нужных малых достижений, а чем-то великим. Только грандиозная победа может заткнуть эту дыру навсегда! Вот поэтому я отказываюсь от малых побед: какой смысл, если они не приносят избавления, если не наполняют и не латают во мне дыры. Вот потому я жду большой победы, как спасения, как награды за мои мучения».

Все родом из детства, в том числе и «нарциссическая дыра». Если когда-то нас любили за наши достижения, нашу функциональность, то не удивительно, что, когда мы вырастаем, у нас остается ощущение, будто нас будут любить только при условии, что мы станем «совершенной функцией». В функцию «ребенок» или «мой сын», «моя дочь» может входить все что угодно, но, как правило, туда входит выполнение совершенно определенных задач: делать уроки, получать «пятерки», убирать квартиру, поступать в соответствии с родительскими ожиданиями (часто противоречивыми).

2. Оценивание и обесценивание. Человеку с нарциссическими нарушениями свойственно постоянно оценивать всех вокруг, сравнивать себя с другими. Ведь именно так поступали с ним родители. Они без конца оценивали его поступки и действия, а также сравнивали его с другими детьми, ставили ему в пример кого-то в надежде, что будущий нарцисс исправится и будет равняться на положительные примеры.

В результате, первое, чего добились родители, – сделали своего ребенка вечно зависящим от внешней оценки, постоянно готовым выдать критическое замечание как в свой адрес, так и по отношению ко всему миру. В итоге нарцисс как правило недоволен собой и окружающим миром. Второе – они не научили его искать себя, осознавать собственные особенности, и в соответствии с этим выбирать свою нишу для самореализации, а приучили к бесконечному сравниванию себя с кем-то, а поскольку критерии высоки, то сравнение, как правило, не в его пользу. Это неизбежно зарождало в ребенке скрытый конфликт: с одной стороны, ему хотелось ощущать себя уникальным и неповторимым, с другой, он быстро привык к сравнению, а значит, он – всего лишь «один из», и к тому же, как правило, не самый лучший.

Часто родители совершенно ошибочно полагают, что нарциссом может стать только тот ребенок, которого много хвалят. Это, безусловно, заблуждение. Хвалить вовсе не обязательно, достаточно оценивать и сравнивать, делая акцент главным образом на достижениях ребенка, а не на нем самом. Поскольку маленький нарцисс получил от своих родителей послание, что он всегда недостаточно хорош и успешен, то у него формируется такой механизм, как обесценивание. Все, что достигнуто тяжелым трудом или часто невероятными усилиями (он ведь стремится к совершенству, а совершенство просто не дается), все это признается только сегодня, а завтра уже ничего не значит.

Пройдет всего несколько лет, и для уже повзрослевшего нарцисса успешно снятый фильм, гениальная книга, великолепная картина, нобелевская премия будут иметь значение только в момент признания, всего несколько минут или дней он будет считать себя достойным и успешным. Назавтра он снова начнет считать себя совершенно бездарным, ничего не умеющим, все начинающим с «белого листа».

Очень часто нарцисс пытается спастись от вездесущего обесценивания и всепроникающей пустоты тем, что стремится заполнить внутреннюю дыру машинами, квартирами, карьерами, статусом, деньгами, властью. Но его личная трагедия в том, что ему всегда мало, и чем больше способов и средств он уже перепробовал для затыкания дыры, тем меньше шансов у него остается. Вот потому страдания нарциссов, у которых «уже все есть», наиболее сильны и удушающи.

3. Маятник с большой амплитудой. Нарцисс в основном находится в двух полярных состояниях. Он то божественно прекрасен и всемогущ (в периоды признания его достижений), то он полный неудачник и ничтожество (в периоды его ошибок или непризнания). Именно так. Полярности не «хороший – плохой», а именно «божественно крут – полное ничтожество». И потому он часто легко и незаметно для самого себя и окружающих может оказаться в любом из этих состояний. «Тумблер» для переключения состояния всегда один: внешняя или внутренняя оценка, так или иначе связанная с внешним признанием или самопризнанием.

Маятник, с одной стороны, делает жизнь нарцисса эмоционально яркой, насыщенной. От постоянной смены признаний и непризнаний он то погружается в глубины страданий, то взлетает в небеса эйфории. Но с другой стороны, чем больше амплитуда, тем сильнее истощение. Такие клиенты чаще пребывают в обессиливающей депрессии, поскольку в периоды редких эйфорий они активны и тратят много душевных и физических сил. А депрессия – зачастую единственный способ «заземлиться», накопить силы, оправдать собственное бездействие, за которым на самом деле стоит страх еще раз испытать разочарование от собственной неудачи.

Важно понимать, что им действительно трудно решиться на что-то, настолько велик риск возможного тяжелого переживания собственной ничтожности. Чем старше они становятся, тем труднее дается им любое начинание, любая новая деятельность, поскольку им кажется, что они должны непременно справляться со всем, причем сразу и не просто на пять, а недостижимо-безупречно. А поскольку сесть на велосипед в первый раз и сразу поехать, ни разу не упав и даже не вильнув рулем, невозможно, то ошибки неизбежны, они то и пугают желающих во что бы то ни стало быть «божественными» нарциссов.

Поскольку такие люди сами себя видят через две узкие трубы «божественно» и «ничтожно», то и окружающий мир им кажется точно таким же. Им свойственны полярные суждения и оценки людей, явлений, событий. Они обычно либо идеализируют их, либо «опускают». Причем в неблизких отношениях с людьми идеализация сменяется обесцениванием последовательно: сначала человек возводится на пьедестал, а потом с него сбрасывается с оглушительным грохотом.

4. Ускользание из отношений. Нарцисс страстно нуждается в близких, принимающих отношениях, тех, что ему так и не удалось выстроить с его собственными родителями. Он часто неудержимо стремится к слиянию в тайной и безуспешной надежде заиметь собственное «Я» через слияние с другим, при этом одновременно у него присутствует страх того, что его «Я» при слиянии будет поглощено другим и исчезнет.

Он никогда не способен открыться до конца, довериться, и понятно почему: в детстве, когда он был так открыт и незащищен, его ранили осуждения и критика его родителей, его «Я» было субъективно уничтожено невниманием, игнорированием, унижением. Для него довериться – значит подвергнуть себя колоссальному риску, и потому нарцисс скорее ищет тех, кто может слиться с ним, он же всегда на страже собственных границ, и слияние с ним всегда иллюзорно.

Истинная близость подразумевает встречу двух глубоких и подлинных «Я», но «Я» нарцисса отчужденно от него самого, вместо него он ощущает лишь пустоту, и потому встреча с ним невозможна. Партнер в отношениях догадывается о наличии подлинного «Я» нарцисса и ему очень хочется до него «добраться». Вот почему нарциссы так притягательны. Их партнеры «заинтригованы» невидимым, но где-то присутствующим «Я», и они старательно «отогревают» замерзшее сердце Кая в бесперспективной надежде на встречу.

Отчаявшись получить всеобъемлющую любовь, которая так и не способна отогреть обледенелое сердце, ибо она не есть любовь материнская, нарцисс начинает искать хотя бы признания. Для этого ему не нужны близкие отношения, для этого нужны поклонники. Смена поклонников или поклонниц – это то, на чем, как правило, и останавливается нарцисс.

Трагедия и радости «цветка»

Трагедия нарцисса заключается в невозможности узнать и присвоить свое подлинное «Я» (или сильной затрудненности этого процесса). Отсоединенное от него самого «Я» создает ощущение пустоты и отсутствия опоры, что рождает в нарциссе базовую неуверенность и тревогу. Он вынужден опираться на оценки внешнего мира, а они все время противоречивы и постоянно сменяют друг друга. Из этих оценок он стремится слепить свой образ, но он распадается из-за их непоследовательности и тотальной субъективности. Потому он никогда до конца не уверен в себе, не знает, что он может, что представляет собой и имеет ли «право жить с гордо поднятой головой».

Краткая радость нарцисса: победа, триумф, достижение, получение признания. В эти моменты он понимает, что он не просто имеет «право жить», а всесилен, особенно умен, прекрасен, проницателен, что сотворил нечто, что теперь позволит ему до конца жизни ощущать себя не просто хорошим, а великим. Радость сильна, но недолга, от нескольких минут до нескольких недель. Затем – сокрушительный обвал и снова сосущая пустота внутри.

Основная боль: сильное, постоянное и глубокое страдание от несовершенства мира – от неточностей, изъянов, оплошности, воинствующей глупости, неэстетичности, вульгарности, пошлости, той простоты, что хуже воровства. Гнетущее ощущение бессилия от невозможности создать собственный «правильный и справедливый» мир. Ускользание окончательности, трудность в завершении чего-либо, невероятные усилия по начинанию чего-либо, страх перемен.

Часто испытываемые чувства

Стыд – как тотальное ощущение собственной плохости, ненужности, никчемности, неценности. «Внутренний критик» нарцисса постоянно на страже, от его критикующего взора не скроется ни одно движение души, ни одно дело, действие, поступок. За бездействие, кстати, также следует строгое осуждение от этого никогда не дремлющего внутреннего персонажа. «Обвинитель» внутри нарцисса давно завладел практически всем внутренним пространством и вершит свой строгий суд в нарушение всех юридических норм (то есть в обход внутреннего судьи и адвоката). Когда-то таким обвинителем был кто-то из родителей нарцисса, теперь он отлично справляется и без посторонней помощи, теперь его внутренний критик – надежный и вечный генератор стыда.

Нарцисс привык вытеснять стыд на задворки своего сознания, ибо он непереносим, поскольку присутствует постоянно, это даже не фон, а постоянная фигура, сквозь которую он смотрит на мир. Встреча с психотерапевтом или консультирующим психологом – это неминуемая встреча с собственным стыдом, вот поэтому нарциссы часто долгие годы обходят наши кабинеты стороной, а если и оказываются в них, то волокут перед собой грандиозный щит из своего стыда и злости, защищающих их от ужаса «разоблачения».

Вина – тоже постоянно живущее в нарциссе чувство. Причем для него характерно все три вида вины. Вина реальная будет его преследовать после того, как его критикующие оценки достигнут ушей его близких, и он столкнется с их не всегда принимающей эти оценки реакцией. Вина невротическая у него присутствует по жизни, поскольку он так и не стал полностью соответствовать ожиданиям своих родителей, да и своим собственным.

Вина онтологическая также всегда будет в фоне, поскольку, от невозможности соединиться со своим подлинным «Я» нарцисс, скорее всего, не сможет стать тем, кем он мог бы стать, а значит, никогда не сможет «довоплотиться». За всю свою жизнь он может так и не узнать, кто же он такой и кем ему следует быть по своей природе, чем заниматься. Что неудивительно, поскольку его родители видели в нем лишь функцию приложения своих родительских ожиданий, видений, потребностей.

Как известно, вина, постоянно носимая в себе, часто призывает к высвобождению, поэтому нарциссы, уставая от постоянного самообвинения, постоянно сваливаются в обвинение других людей. Они переносят обвинение вовне, принуждая своего внутреннего критика отвлечься от нападок на себя самого и заняться окружающим миром. К счастью и горю нарцисса окружающий мир чудовищно несовершенен и потому в нем всегда есть то, на что можно направить обвинения и критику.

Тревога – постоянный спутник нарциссов, что также не удивительно. Отсутствие опоры внутри, сравнение себя с другими, постоянная готовность к критике, невозможность окончательно присвоить себе свои достоинства, ресурсы, прежние достижения, опыт делают нарцисса неуверенным и тревожным. Основной страх нарцисса – столкнуться со своей незначительностью, ненужностью. Страх быть незамеченным или ничтожным у него даже сильнее, чем страх отвержения. Ругающая мама – это больно, обидно, но привычно, а вот игнорирование, послание о собственной незначительности – это по-настоящему страшно. Нарцисс согласен быть виноватым, но сделать так, чтобы он почувствовал себя ничтожным (а для этого много ему и не надо, он втайне всегда готов к этому), – прилюдно его разоблачить.

Здоровые проявления нарциссизма

• Мы не убегаем от своей пустоты и не заполняем ее, чем придется, а мужественно пребываем в ней в попытках услышать и понять себя.

• Наши ошибки принимаются нами с сожалением или раскаянием, сопровождаются попыткой разобраться с участием не только внутреннего «обвинителя», но и «адвоката».

• Мы можем расстроиться или обрадоваться чьей-то оценке, но она не влияет на нашу деятельность, не останавливает и не определяет ее.

• Мы стремимся к признанию. Но это не единственная цель нашей жизни. Нам важен не столько результат, сколько процесс. Мы способны получать от него удовольствие.

• Наша самооценка и самоуважение могут колебаться в определенных пределах, но есть уровень, ниже которого они не падают и выше которого не «взлетают».

• Мы соревнуемся с другими, но не для того, чтобы победить, а для того чтобы лучше понять себя, выделить свою индивидуальность, неповторимость, нишу.

• Мы очаровываемся и разочаровываемся, но не идеализируем и не обесцениваем.

• Мы присваиваем себе не только свои промахи и ошибки, но и свои достижения, успехи, самые разные по оттенку качества нашей личности, опыт.

• В отношениях мы выстраиваем и удерживаем свои границы, не отвергая, поддерживаем свое самоуважение, не унижая, любим, не идеализируя.

• Мы не отворачиваемся от существующего, неугодного нам мира, мы создаем свой мир, творя.

Автор Ирина Млодик


Алексей Владимирович Баранов 19 апр 16, 05:17
0 0
Статьи с 1 по 10 | всего: 26

Последние комментарии

нет комментариев

Поиск по энциклопедии